6. «Союз-19» стартует с неработающим бортовым ТВ.

Генеральный конструктор: «Старт отложить!», министр: «Стартовать!»;

Готовые к старту дублирующие корабль и экипаж остаются на Земле.

 

 

Штатная процедура запусков пилотируемых кораблей предусматривает, что во время старта космонавты находятся под непрерывным телевизионным наблюдением (илл.1а). И позже, уже на орбите, ЦУП с помощью бортового ТВ в любой момент может контролировать обстановку в корабле. Полёт «Союза-19» стал исключением из этого правила (илл.1б).

 

Илл.1.

а) штатная ситуация: во время старта и после него космонавты находятся под непрерывным телевизионным наблюдением;

http://www.youtube.com/watch?v=TinbyNHpn3w

б) «Союз-19» стартовал с неработающим ТВ.

 

            В день старта «Союза – 19», 15 июля 1975 года, когда корабль уже стоял на вершине ракеты, а ракета была, что называется «под парами», за 5 минут до старта [1] вдруг обнаружилось, что бортовое ТВ корабля не работает.

 

Скандал на старте

 

Вот что рассказывает об этом дне А. Леонов [2,3]:

«Когда корабль уже был на стартовом столе, отказала вся телевизионная система. Главный конструктор Глушко побежал звонить в Москву, чтобы старт перенести. Министр Афанасьев и замглавкома ВВС Шаталов, когда он вернулся, сказали: «мы уже дали команду на старт». На орбите мы с Валерием Кубасовым получили рекомендации по ремонту. Из инструментов были только ножницы, отвертка и охотничий нож, который я накануне купил за 5 рублей 50 копеек. На «Аполлоне» после старта заклинило люк, через который должна была произойти встреча. Астронавты перебирали люк всю ночь».

«Ни в советских, ни даже в американских газетах о нештатных ситуациях не сообщалось».

 

В трогательную историю о спасительном ножике за 5 руб. 50 коп, ножницах и отвёртке, означающую якобы отсутствие на космическом корабле специального набора инструментов, не верится. Но поскольку эта история относится к ремонту ТВ на орбите, а не к старту корабля, то подробное знакомство с ней будет уместно в следующей главе.

Поэтому примем пока во внимание только главные факты, которые  сообщает А.А. Леонов. Тем более, что они многократно подтверждены авторитетными и достоверными источниками. Например, статьёй на сайте РКК «Энергия» [4]. А именно:

а) Бортовое ТВ отказало ещё до старта корабля;

б) Главный ракетный конструктор страны, академик В.П. Глушко, Генеральный конструктор ЦКБЭМ (оно же – ОКБ1) – головного разработчика и по кораблю, и по советской части ЭПАС в целом, а также заместитель В.П. Глушко, технический руководитель советской части ЭПАС, член-корр. АН СССР К.Д. Бушуев настаивали на переносе времени старта;

в) Министр общего машиностроения (МОМ) С.А. Афанасьев, отвечавший за координацию работ по проекту в целом и помощник главнокомандующего ВВС генерал-лейтенант В.А. Шаталов, вопреки мнению главных разработчиков, отправили корабль на орбиту.

 

Илл.1. Разработчики против командиров (фотографии взяты из Интернета)

 

«При любых обстоятельствах в космос должен полететь экипаж Леонова, и никакой другой!»

 

            По официально утверждённому плану (глава 2) «к полёту 15 июля 1975 года были полностью подготовлены и заправлены два корабля (заводские №№75 и 76). Если бы с №75 (А. Леонов и В. Кубасов)  что-то случилось, то «Союзом-19» стал бы №76 (А. Филипченко и Н. Рукавишников). Был предусмотрен даже двойной сбой, и «в резерве находился ещё один корабль №74». И вот, уже на стартовой площадке обнаруживается, что на «Союзе-М», зав. №75 не работает бортовое ТВ.

            Два самых главных технических руководителя – В.П. Глушко и К.Д. Бушуев настаивают: старт отложить!

 

            В общем, случай произошёл очень неприятный, но не критический, благодаря наличию рядом готового к старту дублирующего корабля (зав. №76). Надо только действовать по тому плану, который давно утверждён свыше.

             

            Именно дублирующий экипаж (А. Филипченко и Н. Рукавишников) полгода назад провёл на «Союзе-16»/»Союзе-М» генеральную репетицию советской части полёта. Такого опыта нет ни у кого из советских космонавтов, в том числе и А. Леонова с В. Кубасовым. В этом случае товарищам Леонову и Кубасову, конечно, придётся остаться на Земле, уступив право полета дублирующему экипажу.

 

            Во-вторых, как настаивал В.П. Глушко, можно было отложить полёт. Починить бортовое ТВ и, если ремонт не затянется, то вновь дать старт тому же кораблю №75. Как написано в [5]: «Еще за 35–40 секунд до начала полета есть возможность остановить пуск, чтобы повторить его в последующие двое суток». Если же неисправность окажется серьёзной, то опять же – рядом стоит полностью заправленный и готовый к старту зав. №76.

       

            Но министра не интересует ни готовый к полёту зав. №76 с опытным экипажем, ни наличие других возможностей, ни настойчивое желание главных технических руководителей отложить старт. И он даёт добро на старт корабля с неисправным ТВ. На орбите отремонтируют!

            Авантюризм? Исключено! За плечами министра огромная организаторская роль в достижении ракетно - ядерного паритета с США. Значит, министр выполнял указание  свыше. А выше министра стояли только секретарь ЦК по оборонной промышленности Д.К. Устинов и (на самой вершине) генсек Л.И. Брежнев.

            Точную формулировку их высочайших указаний мы знать не можем, но суть их ясна из действий министра: «При любых обстоятельствах в космос должен полететь экипаж Леонова, и никакой другой!».

 

            Сегодня нам подоплёка такого указания ясна. А. Леонов и В. Кубасов летели в космос не для встречи с «Аполлоном», а для имитации этой встречи. Суть же любого секретного задания знают лишь те, кто его выполняет, и те, кто его даёт.

            А секретность даже при проведении чисто советских космических полётов была очень высокой. Даже внутри одного экипажа один его член мог не знать секретного задания второго. Вот что, например, рассказал об окончании полёта корабля «Союз-18-1» (5 апреля 1975 года) космонавт О. Макаров [6]:

            «Аппарат приземлился в Советском Союзе на Алтае. До границы с Китаем было недалеко. В программе полета для Василия Лазарева был предусмотрен какой-то совершенно секретный эксперимент (такой, что даже я, бортинженер, о нем ничего не знал). После посадки, предполагая, что мы могли сесть в Китае, Лазарев сжег какие-то листочки и таблички».

            В этом примере речь идёт о рядовом полёте в рамках чисто внутренней советской космической программы. Полёт же ЭПАС по своему значению был, конечно, событием иного уровня. И секреты в нём были тоже иного уровня.

 

            Только экипаж «Союза-19», очевидно, был в курсе планируемой истории с ТВ. Потому что ему предстояло реализовать её последствия. Разумеется, что дублёры были не в курсе спецзадания. И поэтому никакой другой экипаж, кроме А. Леонова и В. Кубасова, не должен был полететь в космос!

Был ли министр предупреждён, что ТВ на старте работать не будет? У нас нет фактов, позволяющих уточнить степень осведомлённости министра об истинной цели ЭПАСа. Но указание, обеспечить своевременный старт корабля «Союз-19» при любых обстоятельствах он явно имел.

 

Пока нет Глушко: спасительное техсовещание

 

            Министр, конечно, не сомневался насчёт выполнения  указания свыше. Но надо каким-то образом изобразить коллегиальность решения. Ведь за перенос старта выступает главные разработчики. Не зря В.П. Глушко убежал звонить в ЦК насчёт переноса старта.

            И, пока В.П. Глушко нет, министр срочно организует некое подобие технического совещания. Состав совещания? Вряд ли это были случайно выбранные люди (министр – человек опытный, и случайностей не допустит).

            Напрасно оставшийся в одиночестве К.Д. Бушуев «высказывался за перенос пуска» [4]. Техническое руководство с участием министра С.А. Афанасьева решило провести пуск в назначенное время».

            Из этой истории становится совершенно очевидным, что даже для Генерального конструктора В.П. Глушко и и его заместителя К.Д. Бушуева, запуск корабля с неработающим ТВ был, как совершенно недопустимым, так и совершенно неожиданным.

            Иначе, зачем бы В.П. Глушко бегал звонить в ЦК с предложением перенести старт и  зачем бы К.Д. Бушуев наперекор самому министру стоял на том же?

            Следовательно, оба высших технических руководителя были не в курсе запланированных по спецоперации событий. Ну, а если главные разработчики не в курсе содержания спецоперации, то, что говорить о среднем и рядовом звене?

            Поэтому можно достаточно уверенно утверждать, что все те люди, что создавали конкретную технику под официальную программу ЭПАС, не знали, что все они работают на легенду прикрытия спецоперации.

            Итак, экстренное «совещание» освятило волю министра. Однако, невелика цена совещаниям, на которых воля начальника понятна заранее.  И тут, как по волшебству, появляется человек, который называет причину поломки. И, будто бы, она такова, что на орбите её можно устранить.

 

Явление «прозорливого» офицера народу

 

            Этим магом оказался некий «прозорливый» офицер, имя которого для публичной истории не сохранилось. Его взгляд, похоже, проникал сквозь стенки корабля, стоящего на вершине ракеты, ведь этот офицер дистанционно установил причину поломки!  Об этом «ясновидце» рассказал участник официального проекта ЭПАС  В.С. Сыромятников [7]:

            «Когда «Союз» находился на стартовом столе, «представитель заказчика», офицер, оказавшийся настоящим специалистом, первым выдвинул гипотезу о том, что отказал бортовой коммутатор. За этот блестящий диагноз офицер, кажется, получил премию или благодарность». 

Странный, однако, офицер! Если он – представитель заказчика, то есть военпред, то не дело военпреда – технический диагноз поломки. Его дело - контроль исправности корабля и его систем. Работает система – «принято»! Не работает – не «принято»! А почему не работает – пусть разработчик разбирается.  Кто лучше создателя прибора знает его устройство?

 

            Уж не этот ли военпред и вывел из строя тот самый коммутатор? Сделал это накануне, под видом дополнительной предстартовой проверки корабля, которую он же и проводил по долгу службы? Тогда его «прозорливость» неудивительна.

            И не он ли со своими «специальными» товарищами одновременно внёс в корабль некий большой и тяжёлый электронный блок (или его составные части)? Тот самый американский видеопроигрыватель?

            Собственно назначение этого блока вряд ли знал и сам прозорливый офицер. При проведении секретных операций, каждый знает только то, что ему поручено сделать. Поручено отключить коммутатор бортового ТВ – отключил! Поручено внести какую-то аппаратуру – внёс! А что именно внёс, это уже не его дело.

 

А не проще было бы, если бы ТВ «сломалось» на орбите?

 

А не проще ли было бы для организаторов спектакля «поломки» ТВ, если бы ТВ «вышло из строя» на орбите? Смотрите, сколько этот дало бы плюсов:

- Глушко не бегал бы в Москву звонить, чтобы отложить запуск (поздно звонить, когда корабль уже вышел на орбиту!);

- Министр Афанасьев не находился бы в дурацком положении, когда он был обязан отправить «Союз-19» в полёт с неработающим ТВ, что противоречило всей практике запусков;

            - Не устраивал бы Афанасьев (пока Глушко бегает звонить) показушных совещаний со специалистами, которые не отвечали за успех или не успех полёта «Союза-19»;

- И «прозорливый» офицер мог спокойно курить в сторонке;

- И никакого скандала на старте!

 

И всё же ТВ не работало уже на старте! Это может означать только одно - исправное ТВ могло нарушить планы организаторов аферы буквально в последние минуты перед стартом. Например, потому что в корабле уже стоял тайно внесённый американский прибор. Стоял он, скорее всего, в орбитальном отсеке, который во время старта не является объектом первостепенного внимания. В штатной ситуации, когда ТВ работает, всё внимание стартовиков приковано к капсуле спускаемого аппарата. Именно в ней во время старта располагаются космонавты. Но нельзя же исключить вероятность того, что кто-то захочет взглянуть и на состояние орбитального отсека.

А там стоит 200 кг неизвестно чего! Даже если это нечто будет в виде нескольких отдельных блоков, в тесном отсеке спрятать его будет трудно. Обнаружение постороннего непонятного предмета на видеомониторе вызовет шок и для стартовой команды, и для Глушко с Бушуевым. А это грозит провалом всей аферы. Так что во время старта ТВ не должно было работать!

Всё сказанное выше означает, что старт корабля с неработающим ТВ был запланирован заранее!

            Министр получил приказ свыше отправить в полёт именно корабль №75 и выполнил его. Своё распоряжение он реализовал через замглавкома ВВС Шаталова, поскольку военнослужащие, обслуживающие старт (все из ВВС),  подчиняются своему начальнику. 

 

 Ссылки:

Интернет - ссылки проверены на 16.1.2018.

1. Союз с «Аполлоном». Космонавт Леонов раскрыл последние тайны советско-американского полета.  http://rusila.su/2015/07/15/soyuz-s-apollonom-kosmonavt-leonov-raskryl-poslednie-tajny-sovetsko-amerikanskogo-poleta/

2. «Известия», 15 июля 2005.. http://www.izveestia.ru/news/304283

3. «Известия», 16 июля 2010. «Союз» с «Аполлоном» http://www.izvestia.ru/news/363643

4. «Ракетно – космическая корпорация «Энергия» им. С.П. Королёва (бывшее ЦКБЭМ), 1946-1996. Титульная страница http://epizodsspace.airbase.ru/bibl/energia46-96/01.html

 Здесь используется http://epizodsspace.airbase.ru/bibl/energia46-96/06.html

5. к.т.н. А. И. Осташев, инженер Н. И. Зеленщиков, книга ««Союз» и «Аполлон»» http://epizodsspace.airbase.ru/bibl/soyuz-i-apollon/01.html

статья ««Союз-19» у порога орбиты», раздел «Связанные одним циклом»

6. Аварийный полёт В. Лазарева и О. Макарова. http://detectivebooks.ru/book/23744274/?page=52

7. В.С. Сыромятников, проф., д.т.н., член – корр. РАН «100 рассказов о стыковке», М.: Логос, 2003. — 568 с.

http://epizodsspace.airbase.ru/bibl/syromatnikov/100/01.html , раздел 2.17. Миссия